Главное сегодня

14/07/2020 ВСЕ НОВОСТИ
23.04.12 06:20
| Просмотров: 417 |

Истинно русские нравы

Владимир Соловейчик

В относительно недавние еще времена мало кто из читателей газет или журналов, телезрителей, радиослушателей, пользователей Всемирной паутины мог предположить, что одной из наиболее активно внедряемых в наше сознание станет «национальная идея» охранительного консерватизма, той самой пресловутой «стабильности», являющаяся на деле хорошо знакомой банальной проповедью мира и согласия угнетенных и ограбленных с теми, кто довел их до данного состояния.

Довольно частым вариантом подобной «национальной идеи» является пропагандируемая десятками церковных иерархов и кормящимися с их руки буржуазными журналистами гипотеза о «симфонии» православного люда, власть и деньги имущих и их государства с Русской православной церковью Московского патриархата (РПЦ МП). «Симфонии», озарявшей-де своим прелестным звучанием просторы «Святой Руси», начиная с незапамятных времен, и приведшей-де к процветанию самодержавной монархии, будто бы злодейски умерщвленной «большевиками-богоборцами» при активном участии либо содействии забывших «ценности веры» и «искушенных бесами» русских мастеровых и крестьян.

Стоит посоветовать этим гражданам: всерьез обратитесь к всегда поучительной и содержательной истории Отечества нашего. Изучите, к примеру, эпоху Ивана Грозного и время правления его преемников, благо есть публикации первоисточников и множество прекрасных работ советских историков, к сожалению, уже покойных Виктора Ивановича Буганова, Александра Александровича Зимина, Руслана Григорьевича Скрынникова. Быть может, тогда кое-что прояснится в умах адептов «симфонии», коли узнают они подробности того, как воспринимали ее тогда на Руси.

Еще в начале своего царствования, во время проведения Стоглавого собора, Иван Грозный, обращаясь к верхушке РПЦ МП, поставил вопрос «Достойно ли монастырям приобретать земли?» Вопрос этот был вполне обоснован: уже к 1551 году православные монастыри успели завладеть примерно одной третью всех населенных крестьянами земель в центральных уездах страны. Как отметил Руслан Скрынников, «русские монахи вовсе не походили на «живых мертвецов», ушедших от мирских дел. Они промышляли торговлей и ростовщичеством, что позволило им скопить большие денежные богатства. Располагая средствами, монахи скупали земли разоренных вотчинников». Захватывали и земли крестьян, принадлежавших к сословию черносошных, то есть государственных, незакрепощенных. Уже после смерти Грозного царя начались восстания черносошных и монастырских крестьян против земельных захватов новых эксплуататоров – из Троице-Сергиевой лавры, Кирилло-Белозерского, Соловецкого монастырей РПЦ МП. Самым же крупным оказалось восстание крестьян Иосифо-Волоколамского монастыря к западу от Москвы. Оно началось в ответ на мероприятия, вызвавшие активный протест крестьян. По данным, изложенным в монографии Виктора Буганова, «инициатором хозяйственного начинания, имевшего своей целью сильное увеличение доходов монастыря, был келарь Мисаил Безнин, бывший опричник Ивана Грозного, один из его приближенных и активных помощников, человек властный и крутой». Монастырский завхоз резво начал переводить крестьян с оброка на барщину – пускай смерды поработают на монастырской пашне! А чтобы ускорить процесс, той части православных, которая хотела продолжать платить оброк, его резко повысили – аж в три раза. Видимо, чтобы думали быстрее…

Этими мерами Безнин не ограничился. Как «православно верующий», замаливающий прошлые грехи извращенных нравов и садистской среды опричного двора, келарь Мисаил решил приумножить богатство духовных пастырей ростовщичеством. Монастырских крестьян принудительно заставили брать в монастырской казне деньги под невиданные тогда, да и сейчас, 33% годовых. «В 1591 году Безнин раздал крестьянам более 740 рублей. В следующем году он планировал вернуть с крестьян почти весь долг (около 710 рублей). Начиная же с 1594-1595 годов он надеялся получать ежегодно «и во веки» по 600 рублей чистой прибыли». Суммы по тем временам огромнейшие!

И тут-то и выяснилось, что такая «симфония» монастырским крестьянам совсем не по нутру. Они перестали работать на барщине и вносить оброк. В ответ на угрозы и увещевания со стороны святых отцов перешли и к более активным действиям – отказались от всяких работ на монахов, начали бить приказчиков и ключников и самовольно вырубать монастырские леса. Тут-то и выяснилось, что «крутому и властному» Безнину ничего не остается сделать, как отступить. Уж больно большие убытки стала нести монастырская казна. В начале января 1595 года крестьян освободили от выплаты денежных ссуд и процентов. Увеличенные оброчные платежи за весь 1594 год отменялись; общий объем оброка снижался на одну треть по сравнению с платежами за предшествующее десятилетие. Временно отменили и барщину.

Через два года очередной аккорд «симфонии» прозвучал в Устюжском Прилуцком монастыре. Местные крестьяне разбили амбары, захватили монастырские хлеб и имущество и разделили их между собой. Восставшие связали игумена Авраамия, угрожая бросить в огонь его самого и других монахов. Пришлось игумену жаловаться царю: «Да и вперед, государь, те люди угрожают боем и грабежом и пожегом и всякими лихими делами хвалятся везде»…

Подобные факты были в те времена не единичны. Так же, как и впоследствии. Русские люди, не думая ни о каких «симфониях» с властью и церковью, «бросали смелый вызов гнету и насилию, отступали и погибали, но снова и снова поднимали знамя восстания против угнетателей». Так сложились те истинно русские нравы «борьбы за лучшую народную долю», от которых нам не грех отказываться и сегодня. И уж точно не стоит о них забывать. Обязательно напоминая тем, кто не знает или сознательно игнорирует исторический опыт великого русского народа, пытаясь превратить нацию борцов и героев в тупое стадо послушных, покорных и смиренных рабов.