Главное сегодня

19/10/2019 ВСЕ НОВОСТИ
09.03.12 15:30
| Просмотров: 471 |

В порядке самокритики

Владимир Соловейчик

Скоротечная – уже в первом туре и с большим отрывом от конкурентов – победа Владимира Путина на президентских выборах породила у ряда активистов оппозиции и очень многих ее сторонников настроения уныния, апатии и усталости. На мой взгляд, совершенно напрасно.

Недовольство, существующее в российском обществе, в ночь с 4 на 5 марта никуда не исчезло. Как показали самые первые послевыборные публичные мероприятия, не рассосалось и желание немалого числа наших граждан лично поучаствовать в протестах, даже если они жестко разгоняются теми, кого после медеведевской «реформы МВД» зовут в народе «полицаями».

События первой мартовской декады позволяют сделать предположение, что новая оппозиция, несмотря на свою явную слабость в сравнении с административно-полицейской машиной бонапартистского государства и идейно-политическую разнородность, так или иначе будет структурироваться и стремиться к согласованным действиям. Последнее выглядит весьма вероятным на фоне интернетизации населения в крупных городах, которые, как учит история русской революции, и делают погоду в момент резких переломов истории, роста политизации постоянных пользователей социальных сетей, особенно молодежи. Противостоять этой тенденции, особенно при условии тесного взаимодействия гражданских движений и парламентских политических партий, прежде всего, КПРФ, власти и ее придворным пропагандистам довольно сложно, хотя пока они с этой проблемой ценой титанических усилий и справились.

Кремлевское начальство и его штатные и внештатные адепты довольно грамотно использовали ряд наших заблуждений, иллюзий и вытекающих из этого ошибок, допущенных после декабрьских выборов в ГосДуму и последующих массовых стихийных митингов. Во-первых, сторонники «путинской стабильности» кардинально сменили сценарий действий в ходе голосования. Наученные опытом подлогов на стадии подсчета голосов 4 декабря, мы готовились к «повторению пройденного», ориентируя именно на это наблюдателей от оппозиции. Значительная часть этих наблюдателей была, если можно так выразиться, «неофитами» из числа социально активных пользователей Интернета, впервые проявивших интерес к непростому процессу «контроля за ходом и результатами голосования». Власть это обстоятельство учла, а мы – нет. В качестве главного фактора отъема голосов у кандидатов-конкурентов ставленника ЕдРа и улучшения электоральных результатов «национального лидера» на сей раз был избран иной путь. Голосование по открепительным удостоверениям; увеличение числа участков на «закрытых, режимных объектах», к примеру, на предприятиях непрерывного производственного цикла, где работники фактически голосовали под присмотром своего непосредственного начальства; расширение практики выездного голосования и «каруселей», когда голосовали за тех избирателей, кто по той или иной причине на выборы не явился. Для облегчения этой задачи чиновниками были проведены массовые исключения граждан из основных списков избирателей с последующим внесением тех, кто на избирательные участки все-таки пришел, но себя в основных списках не обнаружил, в списки дополнительные. В этом случае и бюллетени «плотной пачкой за Путина» вбрасывать нужды нет, и протоколы переписывать среди ночи не надо, и с ГАС «Выборы» химичить не потребуется. 

Во-вторых, оппозиция не подготовила сценария активных действий сразу после голосования. Уже вечером 4 марта стал понятен масштаб фальсификаций, однако, выходить на улицы двух столиц и городов-«миллионников» было некому – весь оппозиционный актив сидел в качестве наблюдателей или членов избирательных комиссий на участках или в соответствующих комиссиях. Момент был упущен. После признания итогов выборов со стороны конкурентов Путина – единственным исключением оказался председатель ЦК КПРФ, за что Геннадию Зюганову безусловно надо высказать уважение и признательность – надеяться на уличную активность их сторонников было бы наивно, что и подтвердила, в частности, явка на митинги 5 марта в Москве и Санкт-Петербурге. Декабрьский успех антипутинской оппозиции, таким образом, повторить не удалось.

В-третьих, мы не сумели вовремя оценить сценарий ведения агитационной кампании кандидата от ЕдРа и подготовить достойный ответ, доходчивый и понятный любому из потенциальных представителей «путинского большинства». Кремлевские пропагандисты и их добровольные, но, полагаю, небескорыстные пособники использовали страх обывателей перед возможным началом «гражданской смуты», добиваясь ассоциации массовых ненасильственных акций протеста с угрозой вооруженного мятежа, потери территориальной целостности и государственной независимости РФ. Для мобилизации страха сторонников Путина они вовсю использовали реально существующие связи либеральных политиков с влиятельными фигурами американского и европейского истеблишмента, хождения «болотных радикалов» в посольство США, вмешательство Госдепартамента США во внутренние дела России. На руку единороссам оказалась и весьма заметная роль, которую играли гомосексуалисты и прочие извращенцы, к примеру, в питерском оргкомитете «За честные выборы!» (отсюда и дискуссия вокруг милоновского законопроекта, весьма кстати достигшая своего апогея накануне президентских выборов). Ассоциация всех противников Путина с «американскими наймитами», «педрилами» и прочими «врагами России» сработала на все 100% - либеральная оппозиция дала к этому абсолютно все основания, а левые так и не сумели четко показать, чем и как они отличаются от либералов. Либералы к тому же за прошедшие три месяца умудрились еще и капитально разругаться друг с другом, причем с публичным выяснением отношений.

В-четвертых, помимо спекуляции на реально существующих в массах настроениях «лишь бы не было гражданской войны» и «лучше Путин, чем однополые браки», команда премьера смогла использовать в пользу своего кандидата даже такой, казалось бы, очевидный просчет ставленника ЕдРа, как отказ от прямых дебатов с кандидатами от оппозиции. Вместо содержательной дискуссии о положении дел в отечественной политике и экономике, о путях решения многочисленных российских проблем, дебаты без Путина превратились в «битву титанов» между младшим братом Ирины Прохоровой и Жириновским, смотреть которую, конечно же, весело, но целям консолидации протестного электората явно не служащую. Сам же Путин путем публикации целого ряда статей в ведущих федеральных газетах продемонстрировал, что у него, в отличие от дебатирующих, имеется программа действий. Статьи эти, написанные, кстати, довольно шаблонно и скучно, почти никто из избирателей до конца не дочитал. Однако благодаря огромному индексу цитирования в мозгах многих наших соотечественников отразились сам факт их публикации и их тематика, охватившая, пусть и сугубо формально, почти все темы, интересующие ныне граждан России. В общественном собрании отложилось представление о том, что «у Путина программа есть, есть предложения, есть идеи, а все остальные с ним воюют», то есть из конкуренции программ, а, скажем, предвыборная платформа КПРФ выглядела, на мой взгляд, весьма грамотно и привлекательно, президентские выборы превратились в референдум «за Путина – или против». Противоядия этому оппозиция найти не сумела…

Для чего затеян весь этот разговор? Не для самобичевания противников нынешней власти, отнюдь. Посыпать голову пеплом бесперспективно и крайне вредно. Нужно извлекать уроки из совершенных ошибок и недоработок, не находиться в плену стереотипов и не подменять анализ тиражированием разного рода мифов. Памятуя известную мысль Ленина о том, что «отношение политической партии к ее ошибкам есть один из важнейших и вернейших критериев серьезности партии… Открыто признать ошибку, вскрыть ее причины, проанализировать обстановку, ее породившую, обсудить внимательно средства исправить ошибку – вот это признак серьезной партии». Признак спокойной силы, уверенности в будущем, признак оптимизма революционной перспективы.