Главное сегодня

18/07/2019 ВСЕ НОВОСТИ
08.02.11 07:15
| Просмотров: 336 |

Он защищал Ленинград

Владимир Соловейчик

Жизнь всякого человека, в особенности политика и государственного деятеля, во многом оценивается потомками, исходя из позиции тех, кто определяет господствующие на данный момент в общественном сознании тенденции. Мало кому из наших земляков в данном отношении так не повезло, как Андрею Александровичу Жданову.

Человеку, возглавлявшему наш город все 900 дней героической блокады, в феврале этого года исполнилось бы 115 лет. Биография его достаточно хорошо известна: с 16 лет в революционном движении, в 19 лет стал членом подпольной тогда РСДРП (б). Для сына мариупольского инспектора народных училищ такой выбор был серьезным поступком. Вместо гарантированного высшего образования и карьерных перспектив влиться в ряды запрещенной самодержавием и преследуемой полицией партии большевиков… Это означало одно: у юноши наличествует твердый нравственный стержень и пламенное желание встать на сторону слабых и обездоленных, гонимых и борющихся за свои права и за свободу, равенство и братство для всех.

Затем были участие в Октябрьской революции на Урале и гражданской войне, партийная работа в Твери и Нижнем Новгороде, десятилетнее (1934–44) руководство Ленинградской областью (Ленинград тогда не являлся самостоятельным субъектом Федерации), членство в Военном Совете Ленинградского фронта. Были и успешно разрешенные общегосударственные задачи, важные дипломатические поручения в Эстонии и Финляндии, ответственные должности в аппарате ЦК ВКП (б) и Верховном Совете СССР.

Казалось бы, человек, не мало сделавший для своей страны, заслужил доброе слово и хорошую память. Однако ныне мы видим совсем иной образ. Почему - понятно: в условиях «второго издания» русского капитализма власти и обслуживающей ее либеральной интеллигенции потребовалась серия «страшилок», призванных обосновать отказ от наследия революции и социалистических ценностей в общественном сознании. «Так жить нельзя!» - и поэтому: «Да здравствуют свободный рынок и частная собственность!»

Жданов оказался жертвой подмены понятий, современной мифологии, «сказок новой России». Уважаемая «Википедия» сообщает о его членстве в «расстрельной тройке» по Ленинградской области. Возьмем в руки тот самый Оперативный приказ № 00447 Народного комиссариата внутренних дел Союза ССР «Об операции по репрессированию бывших кулаков, уголовников и др. антисоветских элементов» от 30 июля 1937 года. В этом документе определялся, в частности, состав тех самых «троек». Смотрим раздел «Ленинградская область»: председатель – Заковский, члены – Смородин и Позерн. В этом коллективе Петр Смородин представлял партийные органы. И где же тут Жданов? Наоборот, по воспоминаниям тех, кто с ним работал, все было не так. Честных людей от беззаконий старался защитить, наиболее алчущим крови невинных карьеристам, наподобие небезызвестного Алексея Кузнецова, душегубствовать не давал. Об этом я слышал не раз от старых партийцев, переживших многое, но до конца дней своих оставшихся верных идеалам освобождения человечества, например, от Александра Карловича Тамми.

Человек, по инициативе которого в 1947 году было создано Издательство иностранной литературы и начал выходить журнал «Вопросы философии», под бойким пером либеральных публицистов превращен чуть ли не в параноика, люто-де ненавидевшего все зарубежное, выставлен мракобесом, врагом культуры и художественного слова. Советский патриотизм Жданова, ставший логическим развитием революционно-демократического патриотизма лучших представителей русской интеллигенции, Белинского и Герцена, Чернышевского и Добролюбова, прежним и нынешним апологетам «глобального рынка» и «мировой элиты» глубоко чужд и ненавистен. Как ненавистно им и ждановское требование реализма, народности, идейности и полезности делу человеческого прогресса к произведениям литературы и искусства, идущее еще от традиций русского критика XIX века Дмитрия Писарева. Совершенно прав сын Андрея Александровича Юрий, известный и уважаемый ученый, член-корреспондент РАН: «А. А. Жданов относился к революционно-демократическому крылу российской интеллигенции, к разночинцам в самом добром смысле. Отсюда его неприязнь к эстетству, салонному стилю, аристократизму, декадансу и модернизму. Вот почему, рассердившись на родственницу мещаночку, которая любила твердить: "Мы — аристократы духа“, он в сердцах сказал: „А я — плебей!“»

…Я думаю, споры об этой исторической личности закончатся не скоро. Но главное для нас, мне кажется, заключено в простой и никем – даже врагами - не оспариваемой истине: Жданов руководил обороной блокадного города. Он защищал Ленинград.