Главное сегодня

06/06/2020 ВСЕ НОВОСТИ
20.08.13 19:40
| Просмотров: 207 |

От Арсения до Лавра

Дмитрий Трунченков, «Город 812»

У иного читателя роман «Лавр» петербургского филолога, специалиста по средневековью Евгения Водолазкина, может вызвать недоверие. Зачем сейчас, когда вот-вот сбудутся самые мрачные прогнозы писателя Сорокина, в духе «Сахарного Кремля» о новом средневековье с роботами и православием в обнимку с китайской техникой, нужна книга о русском средневековье (XV век)? Где самое страшное – это умереть без покаяния, потому что тогда даже тело не дадут предать земле: умерших внезапной смертью кидали общие ямы, «скудельницы». Какое-то нагнетание мракобесия получается.

Но «Лавр» - роман не исторический. Не только потому, что так и указано в подзаголовке: «Неисторический роман». Но еще и потому, что хотя в книге дана панорама жизни того времени – от Пскова до Иерусалима – все-таки основное внимание уделено главному герою: мальчику Арсению, его истории взросления, от мужчины до старца-схимника.

По ходу действия Арсений трижды меняет имя: отрекшись от собственного в память погибшей возлюбленной, становится Устином. Вернувшись из путешествия в Святую землю, постригаясь в монахи – в честь погибшего спутника, итальянца Амброджо, его нарекают Амвросием. Наконец, с принятием схимы, он становится Лавром. Отсюда и название романа.

От познания мира – обучения лекарскому делу у дедушки Христофора. Через отречение, долгие годы жизни как «человека божия» (в современном языке даже звучит похоже: бомж, хотя смысл не тот). После долгого пути, трудного опасного путешествия в Иерусалим, едва не погибнув – Арсений-Лавр наконец обретает покой, и – светлую тихую смерть, в которой находит примирение и прощение. При этом Водолазкин нарочно рассыпает по сюжету все, казалось бы, мыслимые чудеса: исцеление чумных больных, хождение по воде, кормление медведя, некончающаяся краюха хлеба (из всех евангельских чудес, умножение хлебов, пожалуй, даже невероятнее воскрешения Лазаря).

Понятно, что это игра с житийной литературой: автор пишет житие святого, нетленного после смерти, средствами современного психологического романа. (Одна из самых сильных находок: внутренний разговор героя с погибшей возлюбленной – диалог не столь неправдоподобный: так, верится, и беседуют мысленно сами с собой те, кому не о чем особенно говорить с людьми) Куда интереснее, что получить максимум удовольствия от чтения можно, если хоть на время поверить, что все описанные чудеса не выдумка, действительно были: иначе книга покажется набором необязательных баек в псевдоисторическом антураже – как ее некоторые и восприняли.

Не исторический роман – но и не роман о вере. Ведь вера предполагает сомнения. Арсений не знает сомнений, искушений (что не очень психологически достоверно, но, видимо, так задумано специально). Подражать герою тоже нельзя: Арсений уже родился таким, у него не было другой дороги, как в святые, это понятно. Удивительно, но действие романа подобно внезапному удару палкой от просветленного учителя. Оружие оглупления умов, будь то пропаганда или реклама – выставление современности как уникального времени, в котором нужно пожить в свое удовольствие. Погружая нас в прошлое, Водолазкин развеивает этот морок: и если катарсис во время чтения все-таки случится – кто-то, возможно, подастся в мексиканские шаманы, а кто-то начнет коллекционировать марки – но жить как жилось уже не получится.

Евгений Водолазкин. «Лавр». М.:«Астрель». 2013 год.