Главное сегодня

01/04/2020 ВСЕ НОВОСТИ
20.09.15 22:00
| Просмотров: 681 |

Покойники: хорошие и плохие

Павел Смоляк, «Шум»

После недолгого перерыва Эдуард Лимонов собрал третий сборник мертвецов. «Книга мертвых - 3» - череда очерков о свежих могилах и их новых хозяевах. Среди успевших умереть за прошедшие пару лет актеров, издателей, режиссеров и генералов - «его» Украина.

Лимонов расчетливо надеется, что третью книгу о мертвецах переведут и напечатают в Европе (как минимум - во Франции), где он ошибочно мнит себя русским писателем номер один. Поэтому весь скромный запас ругательств и оскорблений Лимонов в новой книжке обрушил на русских покойников, а с когда-то знакомыми французами предельно ласков, более того, с восторгом вспоминает каждого усопшего иностранца.

Аккуратность в выражениях, внезапный пиетет к западным издателям, возможно, старческие слезы Лимонова. Вряд ли циничный на публике Эдуард без влажных глаз вспоминал, водя по бумаге грифелем карандаша, как придумывал название для французского перевода своего первого романа «Это я, Эдичка».

«Я был тогда настолько легкомысленен, да и аморален, конечно же, у меня и в мыслях не было, что судьба занесет меня когда-либо еще в пуританскую Россию, что я стану заниматься политикой», - оправдывает Лимонов себя 33-летнего, когда в библиотеке издателя Повэра согласился выпустить свой роман под названием «Русский поэт предпочитает больших негров».

Очерк о Jean Jacques Pauvert один из самых интересных и красочных в сборнике, впрочем, все, что не связано с Россией у Лимонова получилось с добрым азартом и причина тому известна, о ней я сказал выше. Остальным героям книги не повезло, им удалось одним своим существование насолить писателю: в третьем сборнике с большинством «персонажей» Лимонов был знаком шапочно или вообще не знаком, видел издалека или просто однажды во время массовой попойки пожимал руку.

С Борисом Березовский Лимонов никогда не встречался, несколько раз болтал по телефону после выхода из тюрьмы. Несколько минут телефонного трепа оказалось достаточно, чтобы попасть ельцинскому авантюристу в галерею лимоновских мертвецов. «Я принял решение, - сообщает читателю автор, - что он (Березовский - П.С.) слишком важен, и в истории России, и в моей собственной, чтобы я мог без него обойтись».

Актеру Игорю Кваше понадобилось еще меньше «заслуг», чем Борису Абрамовичу. «Я не видел ни одного фильма, - пишет Лимонов о Кваше, - как-то посмотрел по ящику «Жди меня» и нашел ее слезливой и напыщенной, но когда он умер, я минут на пятнадцать загрустил». «Дело в том, что я с ним встречался. Одной трагической ночью. Бело было в конце ноября 1971 года…» «Встречался», конечно, громко сказано, но история, пускай полностью выдуманная, по накалу событий и динамике не уступает лучшим ранним рассказам Лимонова.

С остальным героям у Эдуарда вышло плохо. По ходу чтения любой читатель поймет, что на старости лет Лимонов освоил компьютер и получил доступ в интернет, точнее к сайту «Википедия», энциклопедии, где есть биографические справки о всяком сколько-нибудь заметном гражданине в мире. Лимонов, когда кончаются личные воспоминания, начинает сыпать фактами, заимствуя из «народной энциклопедии» целые абзацы.

Хотя нет ничего плохого, когда автор взывает к помощи энциклопедию, страшнее, когда в полной уверенности, что он прав, причем в последней инстанции, Лимонов, понадеявшись на собственную память, оказывается в неловком положении, как например, в очерке о петербургском переводчике и литературном критике Викторе Топорове.

Эдуард обижен на Топорова, что тот в 2002 году, видимо, будучи главным редактором эстетского издательства «Лимбус Пресс» отказал писателю в публикации двух его книг. Топоров, со слов Лимонова, во внутренней рецензии объяснил несколько ошибок, которые допустил автор.

Лимонов всю критику Виктора Леонидовича в главке разносит, а в конце добавляет: «Признаюсь, что до последних дней я испытывал определенное моральное превосходство над ним, исходя из того факта, что наш штурмовик и хулиган-поэт, драчливый Андрей Гребнев, трахал его красивую дочку».

Сам очерк начинается так: «Впервые он появился для меня как отец деки Андрея Гребнева. Девку, по-моему, ее звали Ксюша, я видел, высокая, сиськи-письки – все на месте». Все бы хорошо, но у Виктора Леонидовича не было дочери Ксюши, а есть дочь Аглая. Девочка Ксюша, правда, тоже была, но причем тут Топоров - большая загадка.

В «Книге мертвых - 3» Лимонову часто льстят его мертвые «друзья». Покойный режиссер Юрий Любимов над одном из приемов в чешском посольстве сказал жене:
«-Катя, познакомься, это - Великий Человек, Эдуард Лимонов». «Венгерка (это Лимонов о жене Любимова - П.С.), я слышал, ныла ему в уши, что им пора уходить. Однако он сурово оборвал ее: «Я хочу послушать, что говорит Лимонов».

Эдуард Лимонов замечательный сказочник и его некрологи наполнены самыми разными эмоциями. Лимонов великолепно себя чувствует, отплясывая любимый рок-н-ролл на чужих могилах, и не осудишь: порой выходит великолепно, аж голос пробивается через плотно сжатые губы: «Еще! Танцуй!» Только одно замечание: поздно Эдуард пустил слезу по Украине. «Его» Украины не стало еще четырнадцать лет назад. Но Лимонов был занят другим - летал в Paris.

Эдуард Лимонов. Кладбища. Книга мертвых - 3: Очерки. СПб: Лимбус Пресс, ООО «Издательство К. Тублина», 2015 г. Тираж: 3000 экз. 18+